Методы агентурной разведки Моссад

Израильская разведка вербует своих агентов с помощью денег, идеологии и принуждения только для того, чтобы потом избавиться от них, как только они станут ненужными, - сообщает Cradle.

Разведывательное сообщество Израиля тесно связано с передовыми технологиями, секретными службами и охвачено соперничеством, которое обострилось после операции "Аль-Акса". Однако за всем этим стоит кропотливая работа по вербовке агентов, основанная на уязвимости, доступе и зависимости от израильского куратора.

В первые годы своего существования израильская разведка в значительной степени полагалась на агентов-евреев как при выполнении рутинных, так и особо важных задач. По мере того как организация расширяла свое влияние во враждебных средах, всё больше работы по сбору информации поручалось завербованным агентам в арабском и палестинском обществах, в то время как еврейские оперативники продолжали оказывать им материально-техническую и оперативную поддержку.

Технологический прогресс позже изменил баланс сил: Израиль вкладывал значительные средства в кибервозможности, радиотехническую разведку, искусственный интеллект (ИИ) и передовые системы наблюдения.

Однако наличие источника это лишь часть разведывательной работы. Информация должна дойти до нужных должностных лиц и быть оценена вне контекста предположений, которые уже повлияли на их суждения. И в 1973, и в 2023 году Израиль получал предупреждения, но не смог вовремя их интерпретировать или отреагировать на них.

Сложность развития возможностей агентурной разведки подтолкнула спецслужбы к использованию электронных и технологических средств, но в конце концов они осознали, что современные системы не могут компенсировать отсутствие агентуры.

Вербовка агентов осуществляется тремя основными способами:

1. Направление оперативника в интересующую страну

Оперативника, отправленного в нужную страну, можно перед операцией обучить и проинструктировать. Его лояльность считается более надежной, и кураторы могут оценить информацию по его возвращении, не опасаясь, что он приукрасил её ради денег или личной безопасности.

Его слабость именно в том, что он чужак. Он должен соответствовать правдоподобной легенде, не привлекать к себе внимания и держаться на достаточном расстоянии от местного общества, чтобы избежать разоблачения. Из-за этих ограничений он часто вынужден докладывать о том, что видит или слышит, вместо того чтобы получать оригиналы документов, вещественные доказательства или доступ к ближайшему окружению объекта.

2. Вербовка агента в целевой стране

Местный агент уже является частью социальной среды, в которую нужно внедриться. Если он работает в вооруженных силах, службах безопасности, правительстве, бизнесе или в организации сопротивления, он может проникать в закрытые помещения, не привлекая к себе лишнего внимания. Его куратор может направлять его к определенным кабинетам, людям или объектам, что позволит ему получать карты, фотографии, файлы и другие исходные материалы.

Однако лояльность местного агента остается под вопросом. Он может приукрашивать отчеты, чтобы доказать свою ценность или увеличить вознаграждение. Он не может по первому требованию своего куратора сменить дом, род занятий или распорядок дня, не вызвав подозрений, что делает его полезным, но ограниченным в возможностях.

В Израиле считают, что самой надежной основой для вербовки агента в стране, где он находится, являются идеологические или религиозные убеждения. Высоко оцениваются успехи "Моссад" в арабских государствах и проникновение "Шин Бет" в палестинские организации, но при этом признается, что это требует больших усилий. Куратор должен знать язык и культуру своего подопечного, понимать его проблемы и амбиции, а также потратить время, необходимое для того, чтобы предотвратить уязвимость в зависимость.

3. Создание местной идентичности для подготовленного оперативника

Третий метод предполагает отправку подготовленного оперативника в целевую страну под вымышленным местным именем. В истории израильской разведки такие операции под глубоким прикрытием считаются способными принести исключительные результаты.

Разоблачение влечет за собой более суровую расплату. Если операция по эвакуации проваливается, оперативника могут казнить, взять в заложники для обмена или даже не вернуть его тело.

Самый известный пример в истории Израиля - Эли Коэн, оперативник "Моссада", внедрившийся в сирийскую политическую и военную элиту. Его арестовали и казнили в Дамаске в 1965г.

Контакты с агентурой

В израильской доктрине также различаются методы установления контакта. Некоторые агенты передают информацию через коды, скрытые каналы связи, почтовые каналы или периодические встречи с куратором в той же стране. Каждый контакт выглядит как нечто обыденное, но повторяющиеся действия создают закономерности, которые может обнаружить контрразведка.

Высокоценных агентов могут переправлять в Израиль через несколько других стран, чтобы скрыть пункт назначения. По прибытии их могут подвергнуть проверке на полиграфе, тщательному допросу, профессиональной подготовке и другим мерам, направленным на то, чтобы они стали более вовлеченными в процесс.

Экстренные каналы связи предназначены для передачи информации, которая не терпит отлагательств. Тем не менее многие сети раскрыты из-за слабой связи, использования одних и тех же методов, дублирования контактов, логистических ошибок или по воле случая.

Шпионаж по-прежнему уязвим из-за обычных человеческих ошибок.

Частота передачи информации зависит от ценности и конфиденциальности источника. Агент низкого уровня может передавать ограниченные наблюдения по косвенному каналу, в то время как источник, передающий срочную военную информацию, может получить указание нарушить привычный порядок и использовать экстренную линию связи. Каждое такое исключение защищает информацию ценой раскрытия другого фрагмента сети.

Иерархия предательства

Хорошо информированный агент занимает ответственный пост Агенты классифицируются как по степени доступа, так и по выполняемым функциям. и помогают спецслужбе понять, сорвать или упредить планы противника.

Мобильный агент не имеет такого доступа, но его можно переместить или поручить ему наблюдение за различными событиями или процессами.

"Агент-исследователь" может выдавать себя за торговца, путешественника или под другой личиной собирать военную информацию, данные о перемещении оружия, дислокации личного состава или оценке морального духа. Такая работа может не дотягивать до уровня стратегического проникновения, но она может быть полезна при подготовке операции, составлении карты сети или поддержке военной кампании.

"Источни" опирается на обширную сеть связей. Возможно, он никогда не будет работать с самыми секретными материалами, но сможет связаться с теми, кто это делает, собирать документы опосредованно и переключаться на новые сферы, когда приоритеты его куратора изменятся. Его ценность заключается не только в формальном положении, но и в связях.

Эти категории не являются ни фиксированными, ни взаимоисключающими. Наблюдатель, который начинает с отслеживания движений, может стать посредником для более ценного источника; сотрудника со скромными возможностями можно подтолкнуть к повышению или переводу. Таким образом, работа с ним продолжается, и кураторы пытаются приблизить агента к нужной им информации.

Десять лет на создание легенды

В феврале 2026г стало известно сколько времени Израиль может потратить на подготовку агента.

Турецкие власти заявили, что Мехмет Будак Дерья и Вейсел Керимоглу снабжали "Моссад" информацией более десяти лет. Сообщалось, что Дерья, инженер-геолог, занявшийся торговлей мрамором, встречался с израильскими кураторами в нескольких европейских странах под разными кодовыми именами.

По данным турецких СМИ, эта пара использовала коммерческую деятельность для налаживания связей по всему региону, сбора информации о палестинцах, критикующих Израиль, и участия в торговле компонентами для дронов. Легальный бизнес может обеспечить поездки, деньги, контакты и повод для сближения с целями, скрывая при этом разведывательную операцию.

Коммерческое прикрытие также может стать обузой. Агент может казаться преуспевающим, в то время как его бизнес, поездки и капитал по-прежнему связаны с курирующей его службой. Годы подготовки могут принести влияние и доступ к информации, но при этом привязать вербуемого к образу жизни, который может рухнуть, как только его кураторы перестанут его защищать.

Разведка может улучшить финансовое положение вербуемого, создать для него надежные бизнес-условия и ждать, пока его социальный статус повысится. Таким образом, за тем, что кажется обычным профессиональным ростом, может скрываться многолетняя разведывательная операция.

Использование ресурсов

Израильская разведка может тратить много времени и средств на агента, пока он приносит пользу. Такое отношение меняется после того, как агент теряет доступ к информации или свою оперативную ценность. Для своих кураторов он становится расходным материалом.

Были и исключения. В ходе операции "Даймонд" иракский пилот Мунир Редфа 16 августа 1966г перелетел на МиГ-21 в Израиль после того, как "Моссад" организовал эвакуацию членов его семьи. Израиль получил один из самых современных самолетов Советского Союза, изучил его, а затем передал США.

Такое отношение обычно зависит от важности или опасности задания и может быть частью сделки при вербовке. Агентам, выполняющим особо важные задачи или принявшим иудаизм, может быть предложена более высокая оплата и защита. Из-за секретности, окружающей эти случаи, невозможно установить какой-либо достоверный процент таких случаев.

Редфа получил исключительную защиту, потому что Израилю нужен был самолет в целости и сохранности, а также его сотрудничество. Переезд его семьи был частью сделки.

Более благоприятное отношение может быть проявлено и к агентам, выполняющим необычайно важные или опасные задания, но мало кто из них остается столь же ценным после завершения работы.

Бывают и совершенно вопиющие случаи. Когда Израиль вывел свои войска из Южного Ливана в мае 2000г, его марионеточная Армия Южного Ливана (АЮЛ) распалась, и тысячи её членов и родственников в панике бежали.

Бывший командующий Антуан Лахад позже обвинил Израиль в предательстве сил, которые он вооружал, финансировал и обучал.

Их опыт - одно из самых наглядных предупреждений тем, кто ставит свою судьбу в зависимость от обещаний израильских спецслужб.

Палестинские коллаборационисты, бежавшие в Израиль, также столкнулись с вынужденным переселением, изоляцией и неопределенностью в правовой и экономической сферах.

Та же участь теперь ждет поддерживаемые Израилем вооруженные группировки в Газе, чья полезность зависит от непосредственных военных потребностей оккупационных властей, а не от каких-либо долгосрочных обязательств перед вербуемыми людьми.

Агент, который попытается уйти на покой, может обнаружить, что это у него не получится. Его куратор может пригрозить разоблачением, потребовать дальнейшей работы или заставить его завербовать более ценную замену. Каждый платеж, встреча и задание становятся дополнительным средством контроля.

Несмотря на технологический прогресс Израиля, его операции с использованием агентуры по-прежнему зависят от вербовки, денег, идеологии, принуждения и личной уязвимости.

Как только агент становится бесполезным, у Израиля пропадают стимулы его защищать.

Интересный канал "Вместо блумберга"

Забавный канал "Смешные картинки"